В свободном плавании

Мы так торопимся упорхнуть из родительского дома, получить свободу, что иногда забываем: самое главное в жизни – это семья. И когда в свободном плавании случаются проблемы, именно семья приходит на помощь.

Самое обидное воспоминание из детства: они с мамой и сестрами идут из магазина. Шустрые Валя и Галя ухватились за мамины локти. А ей, младшенькой Лизе, остается лишь плестись позади и смотреть на мамину сутулую – под непосильным гнетом проблем – спину.

Предательство отца

А ведь Лиза помнила маму совсем другой: с гордой осанкой и неугасаемой улыбкой, которую она дарила одному человеку – отцу. Но когда младшей дочери было пять лет, папа бросил семью. Канул в лето, – твердила мама с нервной усмешкой. Он уехал в санаторий на черноморском побережье и закрутил роман с молоденькой бездетной медсестрой, забыв о прежней жизни.

 

 

Для их семьи наступили тяжелые времена. Мама не ушла в себя, не копила горе. Напротив, выложила дочерям бесстыжие подробности адюльтера, а отцовское прощальное письмо без обратного адреса не раз зачитывала вслух. Лизе особенно врезались в память строки: Надоело тянуть ярмо семейной жизни. Хочется праздника, года-то уходят!

И чем старше становилась Лиза, тем крепче убеждалась, что папу, пожалуй, можно понять. Живет, наверное, сейчас припеваючи, освободился от семейных забот и кружится в нескончаемом празднике. Лиза воображала, что отец купил лодку, плавает по всему свету. Сны девочки были пропитаны морскими брызгами и ароматом фруктов, на которые в магазине она могла только смотреть – уж слишком дорогими были.

И как не походили эти грезы на убогую явь! Одноклассницы приносили в школу кукол с золотистыми волосами, а Лиза о таких могла только мечтать, ведь маминой зарплаты едва хватало на простую еду. Да что там игрушки, ей и одежду не покупали, она носила вещи, доставшиеся от старших сестер. Комната у девочек тоже была общая, одна на троих.

И день-деньской там стоял шум-гам. Валя и Галя то не могли поделить тюбик туши, то спорили, кому из них подмигнул Смирнов, то просто смеялись над какими-то своими секретами. Друзей у Лизы не было, и в школе она старалась не выделяться. Все время боялась, что кто-нибудь ткнет пальцем и скажет: Это платье Валька в прошлом году носила! Но хуже всего был мамин взгляд, полный обиды на отца. Глядя на неё, Лиза уже в десять лет с недетской уверенностью решила, что никогда не выйдет замуж.

Побег из дома

После школы Лиза устроилась в шашлычную уборщицей-посудомойкой. Работа была не сахар: к концу смены ноги становились ватными, руки саднили, а от волос пахло дымом. Зато Лиза наконец-то выкинула сестринскую одежду, обновила гардероб, появились деньги на ночные клубы. Словом чувствовала себя Лиза почти свободной, а значит счастливой. Тем более что в комнате она теперь жила одна: Валя и Галя быстро выскочили замуж. Впрочем, радовалась тишине Лиза не долго: с той же скоростью старшие сестры обзавелись детьми и, как только те подросли, стали отправлять их к бабушке.

Квартира опять наполнилась гамом, шумом и смехом, как в детстве. Эти звуки выводили уставшую Лизу из себя, так что она готова была бежать на край света. Или хотя бы в городок, который завлек, заманил когда-то папу… Мысль эта все больше дурманила голову, детские фантазии ожили с новой силой, и Лиза купила билет на поезд. Семью, в которой выросла, она покинула с легким сердцем.

Ночью в дороге не спала. Сердце тревожно ухало в предвкушении встречи с этим городом. И он встретил ее по-свойски, без церемоний с выкриками торговцев курортной снедью, призывами расторопных таксистов, птичьей трелью. Уже к вечеру Лиза сняла комнату у старушки Марьи Петровны и через неделю нашла работу в кафе на набережной.

Она поверить не могла, что выросла не здесь. Курортная жизнь оказалась даже лучше той, что воображала Лиза в детстве: пестрой, беззаботной. Она всем сердцем полюбила эти южные вечера, когда в кафе неизвестная группа гастролеров распевала хиты, а за столиками каждый день виднелись новые лица. И пусть по утрам Лиза чувствовала себя ничуть не лучше, чем после смены в шашлычной, эта пьянящая новизна с лихвой перекрывала усталость. А заодно и запреты любые снимала.

Лиза начала курить, пристрастилась к местной вину. Легко завязывала романы – курортные, разумеется, и без сожаления выбрасывала очередного кавалера из головы, когда он уезжал домой. Девушка плыла по морю вольной жизни одиноким суденышком без рулевого. В то первое южное лето Лиза даже место работы трижды меняла, просто так, по велению души. Маме она звонила редко, для проформы, и всегда укладывалась в минуту: жива-здорова, все хорошо. Но отца разыскивать не стала, хотя мама вскольз спрашивала, не попадался ли дочери на глаза предатель. Не попадался, но Лиза была уверена, что судьба сведет их в этом маленьком курортном городке.

Неожиданный поворот

За три года девушка так и не увидела отца. Лиза работала теперь в ночном клубе, и не простой официанткой, а управляющей. Здесь же познакомилась с Кириллом – диджеем, а по совместительству – сыном владельца клуба. За что ты мне Лизка нравишься, так это за легкий характер, – говорил парень. – Не канючишь о серьезности, а просто наслаждаешься моментом!

Откровенно говоря, детский зарок не заводить семью давно забылся, и Лиза с удовольствием уехала бы от старушки Марьи Петровны, чтобы жить с Кириллом. Ведь они встречались целых девять месяцев – немыслимый, серьезный в глазах девушки срок. Но и настаивать не решалась: в самом деле, надо радоваться жизни!

Было ли дело в новой любви, которая внушала Лизе картинки бесхитростного семейного счастья, или в чем-то другом, но девушка вдруг озаботилась судьбой отца и пошла в полицию. Заявление там приняли, но предупредили, что дело почти безнадежное. Столько лет прошло, он переехать мог давно. Вестей из полиции не было долго.

До того самого дня, когда Лизе подошел срок продлевать медицинскую книжку. Знакомая процедура перестала быть рутинной в кабинете гинеколога, когда врач, вместо того чтобы поставить печать и попрощаться, долго переводила взгляд с документов на пациентку. И наконец вымолвила: Поздравляю с беременностью. Лишь на улице до Лизы дошел смысл этих слов. Ошеломленная девушка долго сидела на скамейке в больничном сквере, не зная, что делать дальше, и даже не понимая, рада ли она.

Дрожащая руки привычно потянулись в сумку за сигаретой, но тут же непочатая пачка полетела в урну. Решение было принято. Первому об этом радостном событии Лиза сообщила Кириллу. По телефону, не поднимаясь со скамейки. Но едва успела вымолвить: Ты скоро будешь папой, звонок сорвался. Вполголоса ругая сотовую связь, девушка раз за разом набирала знакомый номер, но слышались лишь короткие гудки.

Тогда она решила поехать на работу, обрадовать Кирилла лично. Но в клубе парня не оказалось. Зато его отец, хозяин заведения, пригласил Лизу в кабинет, где битых полчаса натянуто улыбаясь, объяснял, что к созданию семьи нужно подходить с холодной головой, что дети должны появляться по обоюдному согласию. Вкрадчивые речи рождали в голове Лизы догадки, к горлу подступала дурнота, а язык онемел.

Звонок не обрывался, просто Кирилл не захотел с ней говорить. До того струсил, что подослал отца решить проблему. Все слова будто вылетели из головы, и Лиза могла лишь кивать собеседнику, не вслушиваясь в слова. Я рад, что вы оказались такой понятливой. Предлагаю разойтись полюбовно, – вкрадчиво предложил владелец клуба. – Вы подпишите заявление об уходе, и мы больше друг друга не увидим. А эта компенсация, – мужчина выложил на стол пачку рыжих купюр.

Лиза подчинилась ему безропотно, не вымолвив не слова: и заявление подписала, и деньги взяла. Опомнилась лишь дома в ванной. Накатила тошнота, и девушка чувствовала себя парусником, угодившим в бурю. Лизонька, ты в порядке? – заколотила в дверь Марья Петровна. Да! – соврала Лиза и плеснула в лицо холодной воды. – Сейчас выйду! Тебе письмо пришло, я в комнату отнесла! – прокричала из-за двери старушка.

Ледяные брызги привели Лизу в чувство, заставили мыслить расчетливо. Ясно, что с Кириллом все кончено, и о должности администратора можно забыть. Но к чему себя-то обрекать на незавидную жизнь матери-одиночки? Переступив порог своей комнаты, Лиза твердо решила завтра же записаться на аборт. Как вдруг взгляд наткнулся на белый прямоугольник письма, о котором говорила Марья Петровна, со штампом МВД. Неужели отца отыскали?

Отыскали, но совсем не так, как представляла Лиза. В письме говорилось, что отец умер четырнадцать лет назад, желающих взять на себя похороны не нашлось. Выходит, не безоблачный дрейф в море удовольствий ждал папу, а безымянная могила под шестизначным номером…. Неприглядная эта правда затмила прочие мысли, и Лиза набрала номер мамы.

На круги своя

Топот детских ножек и заливистый смех опять наполняли небольшую квартиру. Только теперь эти звуки Лизу не раздражали. Разве можно не любить собственного ребенка? Лиза очень изменилась с рождением сына. Не сразу, постепенно, поначалу даже сопротивлялась уговорам мамы и сестер оставить ребёнка. Это спасительное трио примчалось на следующий день после телефонного разговора, в котором Лиза рассказала о письме из полиции.

А уехали вчетвером, вновь приняв оглушенную, сломленную Лизу под семейное крыло. Беременность протекала тяжело, Лиза месяцами лежала в больнице. Порой терзалась, что позволила себя увезти. Но родные хлопотали над ней такой слаженной командой, так предвкушали рождения малыша, что у трусливых мыслей шансов не было. Галя носила сестре домашние супчики, Валя накупила племяннику игрушек и одежды, а мама сделала в квартире косметический ремонт.

И словно бы в награду за токсикозы мучения сынок у Лизы родился улыбчивым, спокойным мальчиком, любимцем семьи. И Лиза почувствовала себя очень счастливой. Сейчас Феденька растет, познает мир, учиться ходить, а у его мамы наконец появился маяк, который не дает сбиться с пути в плавании под названием жизнь.

0
Do you like this post?
  • Fascinated
  • Happy
  • Sad
  • Angry
  • Bored
  • Afraid

Автор публикации

не в сети 2 часа

Alexa

1

Всякая жизнь творит собственную судьбу.

Россия. Город: Каменск-Уральский
Комментарии: 1Публикации: 75Регистрация: 03-03-2017

Комментарии:

Добавить комментарий